Ознакомилась с теорией Порджеса и она мне показалась очень интересной. Теория позволяет взглянуть на знакомые симптомы под другим углом и объясняет их с точки зрения физиологии. Несмотря на масштабную критику данной теории со стороны нейробиологов и эволюционных биологов я использую ее в своей практике.

Лично для меня и моей практики поливагальная модель остается крайне ценным инструментом по нескольким причинам:

Понятный язык для клиентов. Модель трех состояний («социальная вовлеченность», «мобилизация», «иммобилизация») терапевтична сама по себе. Когда клиент с травмой или ПТСР понимает, что его апатия и бессилие — это не лень или слабость воли, а эволюционная реакция («замирание»), с него снимается огромный груз вины и стыда. Начинается процесс самосострадания.

Обоснование практических техник. Теория дает четкий вектор для работы «снизу вверх». Я активно использую в сессиях и даю клиентам в качестве домашних заданий телесные упражнения: дыхание с удлиненным выдохом, работу с периферическим зрением и мимикой и холодное воздействие.

Фокус на безопасности и корегуляции. Понимание нейроцепции заставляет меня еще внимательнее следить за собственным состоянием, тоном голоса и мимикой на сессии, ведь нервная система клиента сканирует меня ежесекундно.

Практика показывает: когда клиенты регулярно выполняют эти простые упражнения, они гораздо быстрее возвращают себе ощущение безопасности и контроля. Тело «научается» выходить из хронического стресса.

Поливагальная теория (Стивен Порджес, 1994) — это нейрофизиологическая концепция, объясняющая, как блуждающий нерв регулирует психофизиологические реакции на стресс, социальное взаимодействие и эмоциональные состояния. Теория подчеркивает роль вегетативной нервной системы в адаптации организма к окружающей среде. Т.к. я не практикующий психолог, то решила проверить эту теорию на себе для саморегуляции. С помощью поливагальной теории работу авто-номной нервной системы можно регулировать. Для этого нужно знать три следующих принципа.
1.Автономная иерархия. Автономная нервная система состоит из трех частей (вентральной, симпатической, дорсальной).
2.Нейроцепция. Автономная нервная система имеет встроенный механизм наблюдения, который отслеживает признаки безопасности и предполагаемой угрозы.
3.Совместная регуляция. Возможность уверенно налаживать связи с окружающими — необходимое условие благополучия.
Автономная иерархия. Ниже диафрагмы – это дорсальная ветвь блуждающего нерва, фоновая деятельность которой отвечает за полноценное пищеварение. В режиме выживания дорсальная ветвь блокирует сознательное восприятие, не позволяет налаживать контакт с миром, погружает в состояние угнетенности и оцепенения, нарушается пищеварение. Над диафрагмой функционирует вен-тральная ветвь блуждающего нерва. Именно здесь мы устанавливаем якорь безопасности и можем как регулировать собственную нервную систему, так и участвовать в совместной регуляции. В результате нормализуется сердцебиение, дыхание становится естественным и глубоким. Симпатическая система — это часть нервной системы, связанная со спинным мозгом и расположенная в тора-кальном и люмбальном отделах средней части спины. Она регулирует циркуляцию крови, сердцебиение и дыхание. В этом отделе активируется реакция «бей или беги». Гипоталамо-гипофизарно-адреналовая ось (она соединяет надпочечники, или адреналовые железы, находящиеся над верхней частью почек, с гипоталамусом и гипофизом, расположенными в мозгу) начинает вырабатывать кортизол и адреналин.
Я потренировалась переходить из одного «режима» в другой, то есть от вентральной регуляции к симпатическому/дорсальному нарушениям регуляции и обратно. Главная цель не в том, чтобы оставаться в режиме регуляции, а в том, чтобы каждый раз понимать, в каком именно состоянии в данный конкретный момент находишься, осознавать, когда регуляция ухудшается и влечет за собой реакцию, предназначенную для выживания, а также находить способы вернуться к нормальному режиму работы нервной системы.
Один из способов регуляции нервной системы это установка «якоря безопасности», который пред-ставляет собой образ безопасного места, которое находится в рамках представления о собственных внутренних силах. Для меня это было море. Во время небольшого стресса я осознанно представила свой «якорь безопасности» и прочувствовать состояние спокойствия и умиротворения. И уже из этого состояния я проанализировала, что спровоцировало стресс. Наши убеждения и то, как мы мыслим, чувствуем, действуем — все это зарождается на основе нейроцепции, благодаря которой мы налаживаем связь с чувствами, мыслями, поведением и убеждениями. Этот вид терапии помогает человеку сконцентрироваться на ощущениях в теле, а не на ситуации, в которой была получе-на психическая травма. Когда я восстановила свое душевное состояние, мне захотелось общаться с другими людьми, а это и есть третий принцип поливагальной теории - совместная регуляция. Он подразумевает необходимость налаживать безопасное взаимодействие с окружающими и выполнять при этом совместную регуляцию, без которой невозможно выжить. Теперь я пользуюсь этим методом в повседневной жизни. Он прост и понятен, главное , что помогает.
Поливагальная теория бросила вызов традиционному взгляду на автономную систему как на простую двунаправленную модель. Теория объединила эволюционную биологию, нейробиологию и психологию, и показала, что физиологическое состояние не просто сопровождает эмоции, но определяет способность к конкретному поведению. Поливагально-информированная терапия фокусируется на создании физиологического чувства безопасности прежде работы с содержанием травмы. Это означает установление терапевтических условий, которые активируют вентральный вагус клиента: спокойного тона голоса, предсказуемости, отсутствия давления. Поливагальная теория дает научное объяснение: замирание — не проявление слабохарактерности, а древняя биологическая реакция дорсального вагального комплекса. Когда мозг считывает угрозу как абсолютно непреодолимую, он автоматически активирует режим «игры мертвого». Это происходит быстрее мысли и не контролируется волей. Поливагальная теория даёт нейробиологическое обоснование концепции привязанности, объясняя, почему присутствие безопасного другого важно для развития и что происходит в нервной системе при его отсутствии. Поливагальная теория незаменимый помощник для саморегуляции.
Однако у теории есть и недостатки и ограничения. Некоторые учёные считают, что теория содержит слишком много гипотетических конструкций, недостаточно подтверждённых конкрет-ными научными данными о структуре и функционировании блуждающего нерва. Теория объясняет сложные нейробиологические процессы через относительно простую трёхчастную модель, что мо-жет быть воспринято как упрощение. Роль вагуса в регуляции социального поведения может быть менее значительна, чем предполагает теория, а в регуляции задействовано множество других структур и нейромедиаторов. Теория хорошо объясняет корреляции, но не всегда может доказать, что именно блуждающий нерв является причиной наблюдаемых явлений.
Таким образом, поливагальная теория представляет собой важный вклад в понимание рабо-ты нервной системы, но её положения требуют дальнейшего изучения и уточнения.

Отредактировано Ирина Лесина (02.06.2026 18:11:39)

Нафикова Олеся, телесно-ориентированный психолог

Как поливагальная теория изменила мой взгляд на телесную работу

В телесно-ориентированной психологии мы работаем с телом не как с носителем симптомов, а как с живой, чувствующей системой. Долгое время я опиралась на представление о том, что освобождение мышечного напряжения ведёт к освобождению подавленных эмоций, и это запускает терапевтический процесс. Однако на практике я иногда сталкиваюсь с тем, что даже после успешной проработки зажимов клиент остается в состоянии настороженности, словно его тело не верит в то, что опасность миновала.

Поливагальная теория Стивена Порджеса дала мне недостающее звено: она объяснила, что тело говорит с нами не только на языке напряжения, но прежде всего на языке вегетативных состояний, и что моя главная задача — не убрать симптом, а помочь нервной системе клиента переключиться из режима выживания в режим присутствия.

В телесной терапии поливагальная теория превращает прикосновение, дыхание и присутствие специалиста из вспомогательных приёмов в прямой инструмент диалога с автономной нервной системой клиента, позволяя адресовать не психологическое содержание, а само физиологическое основание, на котором это содержание может быть пережито без ретравматизации.

С анатомической точки зрения теория Порджеса объясняет то, что телесные практики интуитивно нащупывали десятилетиями. Миелинизированный вентральный вагус в спокойном состоянии удерживает сердце в ритме, который поддерживает социальную вовлечённость, и управляет мышцами лица, гортани и среднего уха. Когда нейроцепция регистрирует угрозу, этот тормоз снимается, и тело уходит в симпатическую мобилизацию или дорсальное оцепенение.

Моя практика регулярно подтверждает: клиент в дорсальном отключении не реагирует на слова, он замирает, как будто бы отлетает, взгляд становится отсутствующим, руки-ноги холодеют.
Чтобы вернуть клиенту ощущение безопасности, я обычно предлагаю ощутить хорошо стопы на полу или седалищные кости на стуле, мягко переминаясь, замедлить выдох, прикоснуться к тыльной стороне своей ладони, прохлопать тело, либо позвучать звуком «ммммм» внутрь себя: так напрямую стимулируется вентральный вагус через дыхание, рецепторы в коже, а также вибрацию голоса, и нервная система постепенно возвращается в зону, где возможен контакт. Логика здесь не психологическая, а нейрофизиологическая: безопасность регистрируется телом раньше, чем осознаётся головой.

Бессел ван дер Колк и Питер Левин неоднократно подчёркивали, что реакции, которые выглядят как сопротивление или отсутствие мотивации, на самом деле являются биологически оформленными стратегиями выживания. Когда я работаю с клиентом, пережившим травму, и он вдруг замирает, то стараюсь подстроить темп и интонацию речи, глубину своего дыхания и не спешу с предложением касания к телу клиента, чтобы вернуть системе сигнал «здесь безопасно».

Приведу случай, который особенно ярко иллюстрирует эту логику. Клиентка пришла с запросом на хроническое ощущение пустоты в груди и неспособность плакать. В классической телесной терапии специалист может предложить положить свою или руку клиента на эту зону, чтобы наладить контакт с эмоциями и чувствами, чтобы позволить телу начать их проживать. При вопросе: могу ли я положить руку на ее грудную клетку, чтобы она могла мягко в контакте поисследовать, что стоит за той пустотой, которую она чувствовала, тело клиентки одеревенело, дыхание остановилось, взгляд убежал потолок.

Знание поливагальной теории позволило увидеть дорсальный вагальный ответ: тело уходит в оцепенение, потому что прикосновение к этой зоне запускает нейроцепцию угрозы. Тогда я предложила начать работать с периферией — стопами, голенями, внешней стороной рук, одновременно предлагая клиентке просто сопровождать выдох голосом, без слов и без эмоций.
Через несколько встреч её вегетативная система накопила достаточный опыт безопасности, и однажды она сама попросила положить мою руку себе на грудную клетку, и впервые за долгие годы заплакала, проживая освобождение.

Этот случай показал: тело не сопротивляется, оно защищается, и телесная работа становится терапевтичной только тогда, когда мы уважаем эту защиту и работаем с ней на языке вегетативных состояний.

Для меня, как для практика, решающим аргументом выступает наблюдаемая эффективность: когда я строю сессию с опорой на распознавание трёх вегетативных состояний, клиенты быстрее выходят из оцепенения, легче переносят телесные интервенции и реже ретравматизируются.

Возможно, данная теория и не является истиной в последней инстанции, но я могу использовать её как рабочий инструмент, который ведёт к предсказуемым и устойчивым результатам.

Екатерина Караваева ОZМКП14

Особенности познавательного развития детей и подростков с расстройствами аутистического спектра
Расстройства аутистического спектра .

(РАС) представляют собой группу нарушений развития, характеризующихся выраженными трудностями в социальной коммуникации, ограниченным и повторяющимся поведением, а также специфическими особенностями познавательного развития. В последние десятилетия интерес к изучению когнитивных особенностей детей и подростков с РАС значительно возрос, что связано как с увеличением распространённости этих состояний, так и с необходимостью разработки эффективных образовательных и коррекционных программ. Понимание специфики познавательного развития при РАС позволяет не только глубже осмыслить природу этих нарушений, но и выстроить индивидуализированные траектории обучения и социализации.
•Когнитивные профили при РАС
Одной из ключевых особенностей познавательного развития детей и подростков с РАС является выраженная гетерогенность когнитивных профилей. В отличие от типично развивающихся сверстников, у которых когнитивные способности развиваются относительно равномерно, при РАС часто наблюдается диссоциация между различными когнитивными доменами. Например, у части детей отмечаются высокие способности в области зрительно-пространственного восприятия, памяти на детали, математических или музыкальных навыков, при этом могут быть выраженные трудности в области абстрактного мышления, планирования, понимания социальных ситуаций.
Исследования показывают, что для многих детей с РАС характерен так называемый «стиль обработки информации», ориентированный на детали (weak central coherence). Это проявляется в склонности фокусироваться на отдельных элементах ситуации, а не на её целостном восприятии. Такой подход может приводить к выдающимся результатам в задачах, требующих внимания к деталям, но затрудняет понимание контекста, метафор, перенос знаний в новые ситуации.
•Особенности развития речи и коммуникации
Познавательное развитие тесно связано с речевым. У детей с РАС наблюдаются значительные вариации в развитии речи: от полного отсутствия до развитой, но своеобразной речи. Часто отмечается задержка речевого развития, эхолалия, трудности с использованием речи для коммуникации. При этом у части подростков формируется богатый словарный запас и грамматически правильная речь, однако сохраняются сложности с прагматикой — использованием языка в социальном контексте, пониманием подтекста, интонаций, невербальных сигналов.
•Мышление и исполнительные функции
Исполнительные функции — это совокупность когнитивных процессов, обеспечивающих планирование, контроль, гибкость мышления. У детей и подростков с РАС часто отмечаются трудности в этих сферах: сложности с переключением между задачами, организацией деятельности, подавлением неадекватных реакций. Это может проявляться в ригидности поведения, трудностях адаптации к изменениям, стереотипиях.
В то же время ряд исследований указывает на возможность развития компенсаторных стратегий. При целенаправленной коррекционной работе подростки с РАС могут осваивать навыки саморегуляции, планирования и организации деятельности, что существенно повышает их адаптивные возможности.
•Социальное познание
Особое место в структуре познавательного развития при РАС занимает социальное познание — способность понимать мысли, чувства и намерения других людей (модель психического). Дефицит в этой области является одним из центральных проявлений РАС. Дети и подростки с РАС часто испытывают трудности с распознаванием эмоций по мимике и жестам, интерпретацией социальных норм, прогнозированием поведения других людей. Это затрудняет формирование дружеских отношений и успешную социальную интеграцию.
Познавательное развитие детей и подростков с расстройствами аутистического спектра отличается выраженной индивидуальностью, диссоциацией когнитивных профилей и специфическими трудностями в области социального познания и исполнительных функций. Современные подходы к обучению и коррекции строятся на принципах
индивидуализации, опоры на сильные стороны ребёнка и целенаправленного формирования дефицитарных навыков. Глубокое понимание особенностей познавательной сферы при РАС являетс основой для создания эффективных образовательных программ, способствующих успешной социализации